Вначале несколько слов о Керопэ Петровиче Патканове (1833-1889гг), российском востоковеде, крупном специалисте по армянским историческим источникам. Род Паткановых известен с конца VII в. Он дал много образованных людей, медиков, учителей, писателей, священников. Керопэ Петрович родился в городе Нахичеване-на-Дону. Его матери шел в то время лишь 15-й год. Несмотря на молодость, она воспитывала первенца и последующих детей с большим умением. Все они стали высокообразованными людьми. К.П.Патканов учился в Лазаревском институте восточных языков (Москва), в Петербургском и Дерптском университетах. Он принадлежал к разряду ученых в самом строгом смысле слова и трудами своими занял первое место среди арменистов Европы. Геммологи с большим почтением относятся к работе Патканова «Драгоценные камни, их названия и свойства по понятиям армян в XVII веке», которая была опубликована в 1873г.

Книга посвящена исследованию рукописи летописца Аракела Даврижеци (первая половина XVII в.), в том числе трех статей, посвященных драгоценным камням. Патканов пришел к выводу, что колыбелью самоцветов является Индия. Об этом говорят древнейшие литературные памятники. В частности, в индийских лапидариях среди основных драгоценных камней упоминаются хрусталь (спатика, или древнерусский фатис), оникс (джема), сердолик (рудхиракша). В египетских гробницах (особенно Фивах) ученые обнаруживают большое количество украшений из дорогих камней – агата, сердолика, ясписа – в виде серег, скарабеев и других амулетов. Финикийские купцы вместе со слоновой костью, пурпуром и другими товарами завезли самоцветы в Грецию. Здесь их ранее не ценили. Во всяком случае, в поэмах Гомера драгоценные камни в качестве украшений не упомянуты.

С Vв.до н.э. сведения о самоцветах стали распространяться в Элладе. Ученик Аристотеля Феофраст написал небольшое сочинение о драгоценных и полудрагоценных камнях. Кое какие сведения о самоцветах можно найти в рукописях Страбона, Диодора, Дионисия, Периегета. Наряду с изумрудами, бериллами, топазами и алмазами они описывают яспис, аметист и другие самоцветы. Наряду с изумрудами, бериллами, топазами и алмазами они описывают яспис, аметист и другие самоцветы. Научный уровень сочинений можно продемонстрировать выдержкой из книги Диодора Сицилийского, современника Юлия Цезаря. Автор описывает аравийскую землю в следующих словах:

«Не только же разных видов звери, но всяких родов камни, привлекающие взор как различием цветов, так и сиянием своим, в тех действиях от сильнейшего действия солнца родятся. Говорят, что Хрусталь делается из наичистейшей воды, в лед обращающейся не от стужи, но силою огня божественного, которая делает, что он невредим пребывает, и разные цветы по причине исхождения на себя приемлет» (перевод Ивана Алексеева, 1774 г). Последние слова надо понимать в том смысле, что цветные разновидности кварца получаются во время испарения его под действием солнечных лучей.

Роль драгоценных камней особенно повысилась при Александре Македонском и его приемниках. Торговые караваны со всех концов империи наряду с другими товарами привозили самоцветы, которые шли на украшения, на всевозможные поделки. Значимость драгоценных камней подчеркнул И.Ефремов в романе «Таис Афинская».

После утраты Элладой своих позиций на первый план вышел Рим, стремительно расширивший границы владений. Вместе с прочими сокровищами Азии и Африки в Рим перешли драгоценные камни. Свободные граждане довели роскошь в употреблении самоцветов до небывалых размеров. Не удивительно поэтому, что они имели о камнях более обширные познания, чем их предшественники. Многое в этом плане сделал Плиний Старший.

Извержение Везувия 24 августа 79 г.погубило не только Плиния, но также города Помпеи и Геркуланум. До недавнего времени считалось, что жители Геркуланума спаслись. Однако археологические раскопки Д.Маджи показали обратное. Основная масса жителей погибла на берегу, застигнутая потоками грязи и пепла. В этой окаменевшей братской могиле находят домашнюю утварь, монеты. В деревянной коробочке, похожую на нынешний школьный пенал, лежали два ожерелья из горного хрусталя и янтаря – точь-в-точь такие же, какие носят сейчас …

В III-V вв. у степных среднеазиатских племен расцветает так называемый полихромный стиль. При выделке золотых изделий древние мастера достигли такого совершенства, что вполне могут соперничать и с современными. Инкрустация цветными камнями – наиболее излюбленный прием. Вот, например, золотой дракончик из кургана Карагаш ( Центральный Казахстан). Он раскрыл пасть в улыбке, на голове что-то вроде колпака, инкрустированного сердоликовыми кабашонами. Такие же камни украшают полукруглые серьги, найденные в могиле Актас (Семиречье). Сердоликовые, агатовые ожерелья, широкие браслеты и пояса, украшенные сердоликами и альмандинами отличной выделки, найдены в Семиречье в Центральном Казахстане.

Иногда находки изделий из драгоценных камней приводят археологов в недоумение. Известный геолог Г. Чернов, первооткрыватель Воркутинского угольного месторождения, занимался исследованием древних охотничьих стоянок на Крайнем Севере. Собранные им тундровые находки (бусы, ножевижные кремниевые пластины, резцы, долота, каменные топоры) хранятся в музеях Москвы, Воркуты, Нарьян—Мара. Однажды Г.Чернов обнаружил на охотничьей стоянке сердоликовые бусы. По мнению ученых, они могли быть изготовлены только в оазисах Аравийской пустыни. Совершенно непонятно, каким образом в те давние времена ожерелье могло совершить столь дальнее странствие. Может быть, это сам Ибн Батутта завез их в Булгар, откуда до океанского побережья уже рукой подать?

В своей книге о самоцветах Бируни пишет : «Вслед за одеждой идут в качестве украшений драгоценные камни, наиболее ценные среди которых определяются согласно установленному обычаю в каждой местности и для каждого вида мужских перстней, царских корон и того, чем унизывают перевязи, пояса, головные уборы, рукавицы, жезлы и посохи для них самих ( царей), а также для тех, кто предстанет перед ними; у женщины драгоценные камни идут на гребни, венцы, браслеты, ножные кольца, покрывала, наручные и шейные украшения и ожерелья».

Не понаслышке знал о самоцветах Бируни, и сведения о них не переписывал из других книг. В его коллекции драгоценных камней были несоменные редкости, в том числе йеменский оникс, который продавали в городе Зафаре. Бируни приводит стихи:


У Бируни была также ониксовая пластинка, на гладкой поверхности которой волнистые линии собирались как бы в изображение утки, плывущей по воде. Никто не мог найти в природном феномене изъяна – «рисунок» словно выполнен рукою художника.

Включения хлорита и амфибла в горном хрустале производят впечатления мха, соломинок, щепочек дерева. Басрийские мастера весьма ценили мадагаскарский кварц с моховидными и крупными жидкими включениями. Бируни описал хрустальный шар в котором отчетливо виден колос индийского ароматического растения. Реалистичность объемной картинки подчеркивается обломанными усиками, расположенными вокруг колоска.

Прекрасно переданы зеленый и буроватый цвета растения. Бируни предполагает, что колос погрузился в хрусталь, когда последний был ещё жидким (вспомним, что хрусталь в те времена считался отвердевшей водой). По этому поводу есть арабские стихи:


«Однако, - осторожно замечают средневековые ученые, - аллах лучше знает, как происходит то, чего мы не знаем».

Пейзажные агаты и яшмы привлекали внимание и западноевропейских ученых. Не в силах объяснить их происхождение, они ограничивались описанием. Например, Боэций де Боот в 1609 г.сообщал : «Иногда они ( яшмы Богемии) та естественно передают леса, поляны, деревья, тучи и реки, что на некотором расстоянии их можно принять не за камни, а за нарисованные картинки. Из этих камней была приготовлена столешница, причем камни были так искусно вырезаны, что давали полную иллюзию картины, сравнимой по великолепию с храмом Дианы в Эфесе».

Моховыми агатами называют халцедоны голубоватого или белого цвета. Они часто полупрозрачны, с причудливыми включениями, похожими на деревья, кустарники, мхи, водоросли. Если включения напоминают деревья, то такие агаты называют дендроагатами. Особенно ценятся дендрогагаты, имеющие небесный фон и расширенное темное основание наподобие земли. Из-за сходства с мхом и другими органическими формами все эти «игры природы» долго считались подлинными остатками растительной жизни.

Интересно происхождение названия мохового агата. Казалось бы, в нем точно отражено прихотливо-узорчатое строение камня. Однако это лишь искаженная форма его действительного названия («мокка-стоун», «моккский камень»), пришедшего из Йемена. Здесь, у входа в Красное море, близ города Мокка, добывали моховой агат в древние времена.

В начале XIX в.дендроагаты были в большой моде: их вставляли в медальоны, перстни, булавки, гребенки и т.п.

На Руси культура драгоценных камней существовала всегда. Иван Грозный обожал самоцветы. При Петре I началось освоение Урала, куда был послан В.Н.Татищев. В 1720 г.начинаются находки топазов, аквамаринов Мурзинки, мраморов и яшм. В 1765г.появился удивительный термин – «тальяшки». Он относился к самоцветам, но интересно его происхождение. Оказывается, Екатерина II пригласила на Урал европейских специалистов. Уральские горщики к тому времени были достаточно опытными мастерами. В черных избах на кустарных шлифовальных кругах гранили они горный хрусталь, полировали малахитовые бляшки. Выбор камней был достаточно ограничен. Иностранцы ( а это были итальянцы) обратили внимание горщиков на дымчатый кварц, который считался бросовым камнем. Сначала уральцы воспринимали восторженность итальянцев («итальяшек») с некоторым юмором. И камешки, усиленно расхваливаемые ими, стали называть тальяшками, тальяшниками. Затем и вся гора, на которой итальянцы добывали аметист, аквамарин, шерл, дымчатый кварц, стала именоваться Тальяшковой горой. Ныне дымчатый кварц является одним из самых распространенных поделочных камней Урала.

Итак, добыча и огранка камней – профессия уральских горщиков. А кто же делал оправу из драгоценных металлов, оправу, без которой не может обойтись ни одно ювелирное украшение? Этим занимались соседи уральцев- татарские мастера. Исследователь татарского ювелирного искусства С.В. Суслова пишет, что, начиная с домонгольского периода, несмотря на политические противоречия и войны, предки нынешних татар – волжские булгары – активно торговали с русскими княжествами. Одновременно шел обмен идеями и опытом в обработке ювелирных металлов и камней. Это отразилось, например, на древних русских монетах. Арабской вязью на татарском языке на них выбито: «Ибан акчасы будыр» («Это деньги Ивана» - имеется в виду русский царь.)

Наивысшего расцвета татарское ювелирное искусство достигло в середине XIX в. Крупнейшим центром производства украшений стала Казань. В Закамье (деревня Карамышево Черемшанского района) лучшим мастером считался Абжат-бабай Нутфуллин. Он обладал особым почерком в работе, о нем знали далеко вокруг.

Большинство украшений мастера из металла в сочетании с самоцветами: топазами, аквамаринами, сердоликом. Камни помещались в центре изделия или рассыпались по краям. Как и везде на Востоке, любимыми цветами был голубой и зеленый, а также фиолетовый и желтый. Драгоценные камни в ограненном виде ювелиры покупали у уральских гранильщиков.

Одним из основных украшений татарок являются чулпы, которые вплетают в косы при помощи прикрепленных к ним тесемок. Во время ходьбы чулпы издавали характерный звон, по которому татарку порой можно было услышать раньше, чем увидеть. Недаром поговорка утверждает : «Звон чулпы – зов любви». Чулпы состояли из сцепленных сканых блях разнообразной формы, украшенных крупным самоцветом в металлической оправе. Чулпы были чрезвычайно популярны и из Татарии распространились, как веяние моды, в Башкирию, Казахстан, Узбекистан.

Из других женских украшений следует отметить шейно-нагрудные подвески «яка чылбыры», ожерелья, брошки, браслеты. Как правило, они инкрустировались самоцветами в характерном для татар сочетании – крупный овальный сердолик, окруженный рядами бирюзы. Яка чылбыры были распространены только в Татарии и Башкирии.
Излюбленным украшением у татар, как у всех мусульман, были перстни. В связи с этим Омар Хайям писал : « Каждое украшение, которое имеют люди, может быть, а может и не быть, кроме перстня. Никогда не следует быть без него». Возможно, это поверье идет от древнегреческого мифа о Прометее. Как известно, могучий титан был навечно прикован цепями к скале. Затем, Зевс решил простить его, но как ему следовало бы обойти собственный приговор? Остроумный выход нашелся : Прометей должен вечно носить кольцо с камнем. Таким образом, он всегда был как бы прикован к миниатюрной скале. В отличие от кольца Прометея, татарские мастера вставляли в перстни великолепные самоцветы. Обычно это был плоский сердолик светло-желтого, темно-желтого или светло-красного цвета. Часто сердоликовый кабошон окружали мелкие круглые кабашончики бирюзы. Примерно так же украшались и серьги.